Тюрьма народов

Выражение это, характеризующее царскую Россию с ее политикой угнетения нерусских народностей, восходит по-видимому, к высказываниям Адольфа де Кюстина (1790-1857), французского писателя и путешественника. В книге «La Russie en 1839», Paris, 1843, которую А. И. Герцен назвал «самой занимательной и умной книгой, написанной о России иностранцем» (А. И. Герцен, Собр. соч., М. 1954, т. II, с. 311). Кюстин писал: «Сколь ни необъятна эта империя, она не что иное, как тюрьма, ключ от которой хранится у императора» («La Russie en 1839», 11; русское издание — Маркиз де Кюстин, Николаевская Россия, М. 1930, с. 138). Николая I Кюстин называет «тюремщиком одной трети земного шара» (там же, с. 191). Таким образом, Кюстин имеет в виду не только внутреннюю, но и внешнюю политику Николая I. По свидетельству Герцена, «сочинение Кюстина перебывало во всех руках», несмотря на то что было запрещено в России (А. И. Герцен, Собр. соч., т. VI, М. 1955, с. 195). Понятно поэтому, что образ, созданный Кюстином, не был забыт и вошел в нашу речь в лаконической формулировке «тюрьма народов». Крылатости этогр выражения способствовали многочисленные высказывания В. И. Ленина.

Запрещение чествования Шевченко было такой превосходной, великолепной, на редкость счастливой и удачной мерой с точки зрения агитации против правительства, что лучшей агитации и представить себе нельзя… После этой меры миллионы и миллионы «обывателей» стали превращаться в сознательных граждан и убеждаться в правильности того изречения, что Россия есть «тюрьма народов» (В. И. Ленин, К вопросу о национальной политике, Полное собрание сочинений, т. 25, с. 66).