Пепел Клааса стучит в мое сердце

Цитата из книги бельгийского писателя Шарля де Костера (1827—1879) «Легенда об Уленшпигеле» (1867, первый русский перевод — 1915). В «Легенде» изображается борьба гезов — нидерландских инсургентов XVI в., поднявших вооруженное восстание против испанского владычества. Главный герой «Легенды» юный Тиль Уленшпигель становится гезом после того, как его отца Клааса по приговору суда инквизиции сжигают на костре. На рассвете сын и вдова поднимаются по обугленным поленьям костра к трупу Клааса. Сын собирает немного пепла на месте сердца отца, выжженного пламенем. Дома вдова сшивает мешочек из двух лоскутков шелка — красного и черного — и всыпает в него пепел. Пришив к мешочку ленточки, она надевает его на шею Уленшпигеля со словами: «Пусть этот пепел, который был сердцем моего мужа, в красном, подобном его крови, и в черном, подобном нашей скорби, будет вечно на твоей груди, как пламя мести его палачам». — «Да будет так»,— говорит Уленшпигель. И много раз, в борьбе за счастье своего народа Уленшпигель повторяет: «Пепел Клааса стучит в мое сердце». И слова эти питают его ненависть к угнетателям, дают ему силу продолжать борьбу за социальную справедливость, за свободу родной Фландрии. Они получили крылатость и употребляются как напоминание о погибших на войне и как формула возмездия врагу и борьбы с ним.

Еще и сегодня седой человек получает орден за подвиг, совершенный им тогда под Воронежем, русская мать находит могилу своего сына в Италии, сын узнает об отваге отца, когда-то «пропавшего без вести». А пепел героев и мучеников войны стучит и стучит в наши сердца (А. Кривицкий, Раздумья после сеанса, «Правда», 21 июня 1965 г.).

Буду пописывать этюды от безделья… Наберусь сил и еще предстану перед высокими арбитрами, еще поглядим — кто кого. «Пепел Клааса жжет мое сердце!» (В. Тендряков, Свидание с Нефертити, 4, 13).