Дубина народной войны

Выражение принадлежит Л. Н. Толстому, который в романе «Война и мир» (т. IV, ч. 3, гл. 1) писал: «Представим себе двух людей, вышедших со шпагами на поединок по всем правилам фехтовального искусства… вдруг один из противников, почувствовав себя раненым, — поняв, что дело это не шутка… бросил шпагу и, взяв первую попавшуюся дубину, начал ворочать ею… Фехтовальщик, требовавший борьбы по правилам искусства, были французы; его противник, бросивший шпагу и поднявший дубину, были русские… Несмотря на жалобы французов о неисполнении правил… дубина народной войны поднялась со всею своею грозною и величественною силой и, не спрашивая ничьих вкусов и правил, поднималась, опускалась и гвоздила французов до тех пор, пока не погибло все нашествие».

…нелепо было думать, что «дубина народной войны», проломив череп наполеоновского «самовластия», только этим и ограничит свое действие и что хотя бы у некоторой части крепостных крестьян, живо помнивших «пугачевщину», не проснется желание обрушить эту дубину и на «своих» угнетателей народа (В. Ермилов, Наш Пушкин, «Лит. газ.», 28 мая 1949 г.).